clemans_mm
Однажды утром и Вас любовь наполнит.
Сдеанонилась. Пусть и здесь повисит :3

15.01.2015 в 19:06
Пишет Bleach Festival:

Подарок для Доктор Амбридж
Название: Коробка с воспоминанием
Автор: :moroz1: Секретный Санта
Пейринг | Персонажи: Бьякуя/Йоруичи, упоминается Хисана
Тип: гет
Рейтинг: PG-13
Жанр: романс, повседневность
Количество слов: 1366
Дисклеймер: все права принадлежат Тайто Кубо
Саммари: Бьякуя находит под дверью адресованный ему подарок.
Авторские примечания: в последний раз вспоминала об этом пейринге четыре года назад, так что попрошу без тапочек :3 Автор очень старался не ООСить. Писалось под Hans Zimmer – Mountains.
Размещение: с разрешения автора.

Фанфик был написан на Секретного Санту

"How'd it get this far
Playing games with this old heart..."
© Jay Gordon – "Slept So Long"


Позволив себе роскошь отвлечься на подобную чушь, Бьякуя без особого удивления взирал на небольшую коробку в своих руках; он провёл пальцами по шероховатой картонной поверхности, попутно наткнувшись на «холмик» из грубой холщовой верёвки. Никаких излишеств, никаких украшений.

Она оказалась на его веранде утром; точнее, Бьякуя обнаружил её утром, а когда коробка появилась на пороге его дома, известно лишь неизвестному, оставившему её там, и, как сказала бы Хисана, «звёздам над нашими головами». Бьякуя отложил раскрытие тайны до вечера, когда большая часть дел будет сделана или благополучно отложена на завтра, и не вспоминал об этом до того момента, пока неожиданная находка вновь не попалась ему на глаза.

И теперь, совершая ежевечернюю прогулку по саду, вместо того чтобы выкинуть из головы все насущные проблемы и предаться отрешённому созерцанию природы, он был вынужден в своих размышлениях вновь и вновь возвращаться к содержимому какой-то коробки.

Бьякуя подумал – и эта мысль показалась ему забавной, - что это может быть всего-навсего чьей-то шуткой (интересно было бы посмотреть на того, кто решился разыграть капитана шестого отряда), но затем отмел этот вариант; интуиция, к которой он прибегал, когда не помогала логика, подсказывала, что таинственный незнакомец относился к своему подношению вполне серьёзно.

Пришлось приложить некоторые усилия, чтобы на ходу стянуть туго натянутый шнурок с коробки. Помедлив, Бьякуя снял с неё крышку. Внутри оказался прямой леденец с крючком на одном конце, перевязанный красной лентой; Бьякуя даже не сразу понял, что перед ним. Осознание пробралось в голову, точно крадущаяся в темноте кошка – плавно и стремительно одновременно. Разношерстный узор соединился в единую картину и смутно восстановил в воображении Бьякуи прошедшие события. Леденец был ничем иным, как карамельной тростью, что дарят на Рождество, а красная лента – его собственным шнурком, играючи выкраденным у него легендой мгновенной поступи когда-то давным-давно…

Ничего другого внутри не было.

Бьякуя присел в тени азалии, рядом с бьющим родником, где журчание воды перекрывало остальные внешние звуки. В лучах заходящего солнца бархатцы светились оранжевым, ковш цукубая мерно покачивался вверх-вниз.

Почти сто лет назад, когда вся его деятельность, по сути, сводилась к усердному «расти большим и сильным», незадолго до того дня, когда Бьякуя по неосмотрительности расстался со своим шнурком для волос, произошло то, чего он впоследствии стыдился вспоминать ещё несколько десятилетий.

Однажды – как это часто случалось – Йоруичи пришла с какими-то делами к его деду; она провела в резиденции клана Кучики почти весь день, после чего, естественно, не забыла заглянуть к Бьякуе.

Бьякуя знал, что рано или поздно она придёт, и несколько часов провёл в томительном ожидании, попутно пытаясь тренироваться. Он всё представлял их встречу и никак не мог решить, при каких обстоятельствах ей лучше состояться: когда он будет поглощён занятиями - весь взмыленный, вспотевший, и, как ему тогда казалось, с виду – настоящий взрослый мужчина, или когда приведёт себя в порядок, и они увидятся в присутствии слуг и родственников с соблюдением всех подобающих формальностей. Но долго предаваться размышлениям у него не получилось, ибо интерес к тренировке набирал обороты, и, в конце концов, юный Бьякуя полностью отдался делу; впрочем, в его голову периодически закрадывалась тщеславная мысль, что Йоруичи может прямо сейчас наблюдать за его действиями, и это в равной степени льстило и смущало его.

Когда Йоруичи таки зашла к нему, он сидел на ступенях, забившись в тень, полностью обессиленный, и без посторонней помощи пытался перевязать глубокий порез на правом запястье. Несколько слуг при этом в нерешительности толпились неподалёку.

- Сильно занят? – спросила Йоруичи, как только он её заметил.

- Если не видно, то да. Я занят, - ответил он.

Бьякуя не хотел ей грубить, но это выходило как-то само собой; быть может, он исправился бы, укори его Йоруичи за это по-настоящему, но она никогда не обращала особого внимания на его выпады.

- Может, стоит распустить этих бедняг? – указала она большим пальцем в направлении слуг, - или они будут до рассвета здесь торчать в напрасном ожидании приказа упёртого мальчишки, который не может перевязать кошачью царапку?

Бьякуя вспыхнул.

- Я говорил им убраться восвояси, так что это их проблема. А вообще, не лезь не в своё дело.

- Уруру, - Йоруичи села рядом с ним без приглашения, - не злись, малыш Бьякуя.

- Я не…

Она схватила его за рукав, видимо, пытаясь добраться до раненой руки, но Бьякуя резко подался назад, что не помогло избежать «дружеской заботы». Йоруичи с ещё большей силой (неизвестно откуда взявшейся в женском теле) потянула его на себя так, что Бьякуя невольно потерял равновесие и чуть не оказался в объятиях своей старшей подруги.

Чтобы не упасть со ступеней и не потянуть за собой девушку, больной рукой Бьякуя упёрся в дощатый пол, закусив от боли губу, а правой вцепился в плечо Йоруичи, чем совсем не помог ситуации – та всё-таки оказалась на полу подмятой под ним.

На языке Бьякуи уже вертелись слова извинений, но, взглянув сверху вниз на ухмыляющееся лицо распластавшейся на полу Шихоин, он отпрянул от неё, как от огня, залившись краской. Через мгновение он уже выплёскивал наружу всё своё негодование при помощи самых грязных слов, которые когда-либо попадались ему на слух.

Слуг уже и след простыл.

- Смотрите-ка, будущий глава клана Кучики стесняется девочек, - насмехалась Йоруичи в унисон с матерящимся Бьякуей, манерно растягивая слова. – Сюда бы весь Сейретей паломничество организовал, чтобы увидеть подобное воочию, - она посмотрела туда, где ещё минуту назад ждали слуги. - Интересно, как быстро разносятся слухи?

Наконец ругательства иссякли, словарный запас исчерпал себя до дна, и Бьякуя умолк, восстанавливая сбившееся дыхание.

Йоруичи перевернулась на живот, и, подперев рукой подбородок, сказала:

- И как же ты будешь род продолжать, а?

- Зат...кнись!..

К немому удивлению Бьякуи, та действительно замолчала; она села, скрестив ноги, взяла в руки запястье уже не сопротивляющегося Бьякуи, размотала длинную полосу неправильно наложенной ткани, сквозь которую проступала кровь. Затем Йоруичи потянулась за чистыми бинтами, и Бьякуя снова чуть не отпрянул, но вовремя сдержался, прикинув, насколько глупо будет выглядеть он сам, если ситуация повторится. Их лица оказались менее чем в дюйме друг от друга, и его щеки коснулось тёплое дыхание; при этом Йоруичи даже не взглянула на него.

Она осторожно перевязала его рану вокруг запястья и между большим и указательным пальцами. Это заняло у неё не больше двух минут.

- Возвращаю вам вашу драгоценную руку, Бьякуя Кучики, - сказала она. – Поблагодаришь потом.

Йоруичи потрепала растерянного Бьякую по голове, встала и направилась по тропинке к выходу. Её сандалии тихо постукивали по земле.

И тут Бьякуе в голову пришла идея, которую он мог осуществить либо тотчас же, либо никогда. Понимая, что второго шанса может и не быть, уступив своей импульсивности, чего в дальнейшей жизни Бьякуя почти никогда не совершал, он поднялся на ноги и стремительно бросился ей вслед.

- Йоруичи! Йоруичи.

Они оба остановились в шаге от калитки; девушка с любопытством обернулась к нему.

- Я хочу извиниться.

Йоруичи отмахнулась:

- Да брось, как будто я тебя не знаю…

- Нет, не за это. За то, что я сейчас скажу.

Сбежавший было интерес вновь возвратился на её лицо.

- Ты очень красива.

Всё вокруг заполнило вяжущее молчание; Йоруичи смотрела на него долгим, серьёзным взглядом, Бьякуя отвечал ей тем же, изо всех сил стараясь не моргать.

Наконец на её лице заиграла добродушная улыбка.

- Какая неприкрытая лесть! Мне нравится. Старухам вроде меня всегда приятно смотреть на то, как у молодых поигрывают гормоны.

С этими словами она выскочила за калитку, оставив сгорающего от стыда огнём Бьякую одного, не успев услышать проклятия, посланные ей вслед.

Сиюминутное сожаление резало его, обдавало холодом, терзало, пока Бьякуя шёл назад к саду, и в тот миг он отдал бы всё на свете, чтобы стрелки часов пошли назад, и он заново прожил ту минуту, когда сказал ей эти слова, и прожил бы её по-другому.

***

Солнце уже скрылось за горизонтом, когда Бьякуя вернулся в свои покои. Кругом растянулась тишина, которую нарушали только стрекотание цикад и пение сверчков.

Серьёзное отношение! Разве могла, разве может Йоруичи относиться к чему-либо серьёзно? Если да, то она не забывает вкладывать в свою серьёзность известную долю сарказма и приправлять её специями, смешанными из насмешек и шуток. Что она хотела сказать этим человеческим подарком? Напомнить о былом? Раздразнить его? Порадовать, в конце концов?

Бьякуя отвязал шнурок от леденца, запустил пальцы в атласную ленту и глубоко вздохнул. Она пахла рождественскими сладостями… и безвозвратно ушедшими, ничем не омрачёнными днями. Оглядываясь назад, Бьякуя понимал, как счастлив был тогда. Если бы сто лет назад ему сказали, что он будет с тоской вспоминать о прошлом…

Что ж, чего бы Йоруичи ни добивалась, ей это удалось.

URL записи

@темы: bleach, блич, моё, творчество, фанфик